Home (Главная)

Page 185 - Страница 185
Page 185
background image

обычная:  кильки,  сыр,  колбаса,  но  веселье  идет  допоздна  -  шутки,  цирковые  истории, 
розыгрыши и, конечно, разговоры о работе. 
Имел  Филатов  характер  прямой.  Если  ему  человек  не  нравился,  он  говорил  об  этом 
откровенно. Не нравился ему номер, он подходил к артисту и говорил: 
- Работаешь ты средне (почти ко всем артистам он обращался на «ты»), финала в номере 
у тебя нет. А хороший четкий финал - это главое. Ты, друг, давай думай о финале. А если 
не придумаешь, то на хрена мне твой номер в коллективе нужен... 
Чуть сутуловатый и приземистый в жизни, на манеже Филатов преображался. Стройный, 
обаятельный, он легко демонстрировал работу своих питомцев, как бы и сам удивляясь 
трюкам медведей. 
Если дело требовало, Валентин Иванович, не скупясь, легко тратил деньги. За свой счет 
приобретал  медведей,  мотоциклы.  Когда  представлялся  случай  купить  молодняк,  то 
Филатов  не  ждал,  пока  его  заявление,  пройдя  все  инстанции,  будет  подписано.  Он 
вынимал  бумажник  и  рассчитывался  с  местными  охотниками.  А  связи  с  охотниками  у 
Филатова  остались  еще  от  отца  -  Ивана  Лазаревича  Филатова,  который  всю  жизнь 
проработал в зооцирках. 
Когда мы гастролировали в Ростове, в цирк приехал отец Валентина Ивановича. И сын 
встретил  его  радостно.  Он  бережно  вел  отца  под  руку  по  конюшне,  где  стояли  ряды 
клеток  с  медведями.  Иван  Лазаревич,  опираясь  на  палку,  двигался  медленно, 
останавливался  возле  каждой  клетки,  внимательно  рассматривал  сквозь  толстые  стекла 
очков животных, задавал профессиональные вопросы, делал замечания, давал советы. 
В  честь  приезда  отца  Валентин  устроил  дома  праздничный  ужин.  Собрались  артисты, 
местные  охотники.  Иван  Лазаревич  первый  тост  поднял  за  династию  Филатовых. 
Чувствовалось, что он доволен и гордится сыном. 
Филатов-старший  с  удовольствием  вспоминал  прошлое.  Рассказывал  интересно,  с 
юмором,  не  упуская  деталей.  Особенно  мне  запомнилась  история,  которая  произошла 
еще до революции. 
В маленьком провинциальном городке «прогорал» цирк, и, чтобы поправить дела, хозяин 
расклеил по городу афиши:  «Только два дня! В цирке показ дикаря-людоеда. Съедение 
живого человека на глазах у публики. Спешите покупать билеты!» 
Дикарем-людоедом владелец цирка приказал быть Ивану Лазаревичу. Вечером публика 
до отказа заполнила цирк. Все жаждали сенсации. 
В  конце  представления  на  манеж  выкатили  клетку,  в  которой  сидел  Иван  Лазаревич. 
Тело  его  вымазали  дегтем  и  сверху  обсыпали  перьями.  Он  рычал,  брызгал  слюной, 
скакал  по  клетке,  делал  вид,  что  пытается  выломать  прутья.  Униформисты  на  вилах 
просовывали  ему  в  клетку  убитого  голубя  (конечно,  не  голубя,  а  чучело  голубя  с 
мешочком,  наполненным  клюквой).  Иван  Лазаревич  рвал  голубя  зубами,  и  во  все 
стороны летели перья птицы, а по подбородку «людоеда» стекала «кровь». 
Публика  смотрела  на  это  зрелище,  затаив  дыхание...  В  центр  манежа  вышел  хозяин  и, 
поигрывая золотой цепочкой от часов, громко объявил: 
-  А  теперь  предлагаем  вашему  вниманию  съедение  живого  человека.  Желающих  быть 
съеденными... прошу в клетку! 
В зале все замерли. Конечно, никто не вышел. Выждав паузу, хозяин объявил: 
- Ввиду отсутствия желающих представление заканчивается. Оркестр - марш! 
Разочарованная публика покидала цирк. А на другой день после того, как хозяин вызвал 
желающих  быть  съеденными,  на  манеж  нетвердой  походкой  вышел  небольшого  роста, 
толстенький, крепко подвыпивший купчик. 
-Же-ла-ю! Жалаю, пусть ест! - заявил он. 
Возбужденная публика загудела. Купчик обратился к хозяину цирка: 
- Раздеваться, или так есть будет? 
Растерянный, побледневший хозяин с трудом выдавил из себя: 
- Так будет.