Home (Главная)

Page 144 - Страница 144
Page 144
background image

Конечно, он понимал юмор, хотя шутить с ним осмеливались немногие артисты. Помню, 
как  весь  цирк  внимательно  следил  за  конфликтом  между  Байкаловым  и  артистом 
Маяцким. 
Главное управление цирков, несмотря на категорические протесты Николая Семеновича 
Байкалова, включило в программу аттракцион Петра Маяцкого «Шар смелости». 
Именно  за  создание  этого  аттракциона  Маяцкий  получил  премию  на  смотре  новых 
произведений  советского  цирка.  Артист  работал  в  громадном  металлическом  шаре, 
состоящем  из  двух  сетчатых  полусфер,  которые  подвешивались  под  куполом  цирка.  И 
публика  могла  видеть,  как  бесстрашный  артист  вместе  со  своими  партнерами  на 
мотоциклах на огромной скорости ездили по окружности и по диагонали внутри шара. В 
финале аттракциона нижняя полусфера шара опускалась вниз, а Маяцкий на мотоцикле 
продолжал  ездить  в  верхнем  полушарии.  Гасился  свет,  взрывались  ракеты, 
прикрепленные  к  мотоциклу,  нижняя  сфера  снова  поднималась  на  тросах,  и  артист 
опускался вниз. 
Как  только  установили  громоздкую  аппаратуру  Маяцкого  (верхняя  полусфера  шара 
намертво крепилась к куполу и висела над манежем), многие артисты начали жаловаться 
Байкалову  на  это  неудобство.  Воздушным  гимнастам  стало  сложно  с  подвеской 
аппаратуры,  жонглеров  отвлекала  сетка  шара,  стояки,  держащие  полусферу,  пугали 
лошадей. 
И Байкалов решил этот аттракцион с программы снять. 
В  цирке  возникла  напряженная  обстановка.  Байкалов  требовал,  чтобы  Маяцкий 
немедленно размонтировал аппаратуру и уезжал работать в другой город. Петр Маяцкий 
вел  себя  так,  как  будто  ему  нет  дела  до  распоряжения  директора.  Он,  понимая,  что 
бороться  с  Байкаловым  бесполезно,  решил  обратиться  за  помощью  к  старейшему 
дрессировщику лошадей Руссо, который хорошо знал лично Буденного. (В гражданскую 
войну Руссо воевал в конной армии Буденного.) Семен Михайлович Буденный несколько 
раз  помогал  Руссо  в  приобретении  лошадей  на  лучших  конных  заводах,  бывал  на 
репетициях. 
Как  пошло  дело  дальше,  кто  и  через  какие  каналы  действовал,  неизвестно.  Только  за 
несколько дней до премьеры в цирк позвонили от Климента Ефремовича Ворошилова и 
сказали,  что  Ворошилов  собирается  на  премьеру  и  хочет  посмотреть  номер  «Шар 
смелости» Петра Маяцкого. 
После  представления  Петр  Маяцкий  пошел  в  ложу  и  беседовал  с  Климентом 
Ефремовичем.  О  чем  говорили  Ворошилов  и Маяцкий,  никто не  знал.  Затем  вызвали  в 
ложу и директора цирка. Полный Байкалов  с несвойственной ему резвостью вбежал по 
лестнице в ложу и, с трудом подавляя отдышку, выслушал слова Ворошилова: 
-  Хороший  номер  у  Петра  Никифоровича.  Он  воспитывает  мужество  и  смелость.  Это 
красивое зрелище. 
Байкалов,  конечно,  с  ним  согласился,  и  аттракцион  Маяцкого  остался  в  программе 
Московского цирка. 
После  премьеры  в  красном  уголке,  как  всегда,  собрались  артисты,  и  главный  режиссер 
Арнольд, оценивая аттракцион Петра Маяцкого, сказал: 
- Что же касается выступления Петра Маяцкого (здесь последовала значительная пауза)... 
то должен заметить- Петр Никифорович от скромности не умрет. 
Все  артисты,  сотрудники  цирка,  зная  историю  с  номером,  дружно  зааплодировали. 
Аплодировал и директор цирка Николай Семенович Байкалов. 
Как я относился к Байкалову? Конечно, уважал его. Мне нравилась его любовь к цирку, 
стремление сделать все возможное для того, чтобы программы Московского цирка стали 
лучше.  Хотя  ко  времени  моего  поступления  в  цирк  он  проработал  всего  три  года,  мне 
казалось, что он в цирке вечно. Конечно, я не одобрял  его стиль работы, с трудом  мог 
простить  разносы.  За  годы,  проведенные  в  цирке,  я  повидал  немало  директоров  - 
хороших, средних, плохих. Был ли Байкалов настоящим директором? И да и нет. Многие