Home (Главная)

Page 109 - Страница 109
Page 109
background image

Мы,  артисты,  униформисты,  присутствуя  при  их  споре,  смеялись,  а  они  чуть  не 
подрались. 
(Из тетрадки в клеточку. Апрель 1949 года) 
В 1963 году, гастролируя в Японии, я получил письмо с опечалившим меня известием: в 
Ленинграде  скончался  Григорий  Захарович  Мозель.  Умер  один  из  последних  клоунов-
буфф, талантливый Рыжий. Клоунской пары Демаш и Мозель не стало. 
С этими артистами я познакомился, еще учась в студии. Клоуны Жак и Мориц работали 
в  Москве  целый  год.  (Обычно  буффонадные  клоуны  принимают  участие  в  программе 
два-три  месяца,  но  многие  любители  цирка  ходили  специально  на  Жака  и  Морица,  и 
поэтому дирекция решила оставить их на весь сезон.) 
Демаш  и  Мозель  -  одна  из  лучших  клоунских  пар,  которые  мне  удалось  видеть.  Они 
работали  по  целому  сезону  в  таких  городах,  как  Москва,  Ленинград,  Киев,  Одесса.  В 
каждой  программе  (программы  менялись  через  два-три  месяца)  они  показывали  новые 
клоунады. 
Первым на манеж выходил Демаш и восклицал: 
- А где мой партнер? Он опять опаздывает? 
И  тогда  с  криком  «Полундра!»  из  противоположного  прохода  появлялся  Мозель.  Видя 
веселое  лицо  кругленького,  толстенького,  добродушного  простака  с  голубыми  глазами, 
коротко  остриженными  рыжими  волосами  (работал  в  парике),  в  маленькой  шляпке, 
надетой набекрень, и в огромных ботинках, публика сразу смеялась. Григорий Захарович 
всегда  прекрасно  подавал  текст,  но  говорил  почему-то  с  небольшим  иностранным 
акцентом. 
Джузеппе  Паскальевич  Демаш-Жак  происходил  из  обрусевшей  цирковой  итальянской 
семьи  и  в  отличие  от Мозеля  -  Морица  говорил  без  всякого  акцента.  Как  актер  Демаш 
слабее Мозеля, да и внешность у него не Белого. Мелковат он казался для этой роли. И 
голос у него чуть хрипловатый. Но вместе пара смотрелась великолепно. За пятнадцать 
лет  совместной  работы  артисты  притерлись  друг  к  другу,  и  просто  не  верилось,  что  у 
Морица может быть другой партнер. 
Клоуны-профессионалы  высшей  категории  (они  и  в  приказах  числились  артистами 
высшей  категории),  Демаш  и  Мозель  были  настоящими  традиционными  Белым  и 
Рыжим.  Выглядели  клоуны  на  манеже  аккуратными,  чистенькими.  У  многих  Рыжих 
бросалась  в  глаза  нарочитая  небрежность  в  костюме.  Демаш  и  Мозель  выходили  в 
отутюженных  костюмах,  и  мне  представлялось,  что  и  белье  на  них  белоснежное, 
накрахмаленное. 
В  жизни  Демаш  замкнутый,  не  очень-то  разговорчивый.  Мозель  более  открытый, 
общительный,  добрый  и  отзывчивый.  Он  любил,  когда  их  хвалили  (а  кто  этого  не 
любит?),  и  слишком  близко  принимал  к  сердцу  любую  критику.  Если  в  рецензии  на 
программу  их  вдруг  в  чем-то  упрекали  -  что  бывало  очень  редко,  он  бушевал  за 
кулисами. 
Подходил к каждому встречному с газетой и, тыча пальцем в статью, возмущался: 
- Вы читали, что этот мерзавец про нас написал?! 
И, не дожидаясь ответа, продолжал: 
- Вы с ним согласны? 
«Клоун - король манежа. Умрет клоунада - кончится цирк»-любимое выражение Мозеля. 
Демаш и Мозель блистательно делали старое антре «Отравленный торт». 
Демаш  давал  Мозелю  коробку  с  тортом  и  просил  отнести  его  на  именины  какой-то 
знакомой Марии Ивановне. Дорогу он объяснял так: 
-  Ты  пойдешь  сначала  направо,  потом  повернешь  налево,  затем  опять  прямо  и  оттуда 
спустишься  вниз  в  метро.  Выйдешь  из  метро  и  увидишь  ее  дом.  Зайдешь  к  Марии 
Ивановне, отдашь торт, поздравишь ее с именинами и вернешься в цирк. 
Объяснив все это, Демаш уходил с манежа, а Мозель открывал коробку с тортом и хитро 
говорил: